Ночью на улице моросил дождь. Уставший за день Хабаровск спал, лишь в редких окнах тускло брезжил неверный свет. За одним из них сидела девочка и красила воротник новой дубленки, сшитой из отцовского тулупа. Потом девочка подросла и стала нянечкой в детском саду. Затем начала петь, переехала в Москву, сделала карьеру на эстраде, и все узнали, кто такая Вика ЦЫГАНОВА. А теперь… Теперь она снова возится с мехом, нитками, тканями. Из которых получаются красивые и дорогие вещи. Бизнес? Пока не совсем. Хобби? Кажется, уже нет.

Начать свое дело, когда его еще трудно назвать громким словом "бизнес", людей подталкивают самые разные обстоятельства. Хотя… вариантов не так уж и много. Для кого-то это единственная возможность обрести независимость. В том числе материальную. Других влечет, скорее, "спортивный" интерес. Но есть и третий путь, когда люди приходят в бизнес, не имея на то ни малейшего желания и даже как бы вопреки. Однако избыток творческой энергии требует выхода, и тут уж ничего не поделаешь. Похоже, именно так в модельный бизнес вступает сегодня известная певица Вика Цыганова.

Своими руками
Переквалифицироваться в дизайнеры Цыганову вынудили обстоятельства: "Мои мастера по сценическим костюмам, с которыми я проработала семь лет, уехали во Францию. Бизнес у них там пошел хорошо, их полюбили. А я осталась, почти в буквальном смысле слова, раздетая. С другими дизайнерами мне было работать сложно, они просто не понимали, чего я хотела. Ну вот и не выдержала - решила самостоятельно создавать все свои сценические костюмы. А что, я ведь с детства умела и любила и шить, и вязать! Нашла мастеров, которые могли бы воплотить мои идеи в жизнь, и стала одевать себя сама. И не только для сцены, но и для повседневной жизни. Потом, увидев мои вещи, знакомые и подруги начали одолевать просьбами - сделать им тоже что-нибудь в таком же стиле. В общем, хобби постепенно стало приобретать коммерческую форму".

Вообще-то говоря, такое превращение занятия для собственного удовольствия в хорошо налаженный бизнес в семье Цыгановых - случай не первый. Так , неожиданно для себя самого Вадим Цыганов, муж Вики, продюсер и автор стихов ко всем ее песням, человек, проработавший более 16 лет в шоу-бизнесе, превратился в признанного художника-дизайнера. Вот уже четыре года Вадим руководит собственной небольшой мебельной фабрикой, и без его участия не проходит ни одна престижная выставка.
Началось все точно так же - "почти случайно". Семь лет назад чета Цыгановых купила дом в ближнем Подмосковье. Ну, а раз есть дом, нужна и мебель. Вот только сделать ее Вадим решил своими руками, поскольку то, что предлагали салоны и дизайнеры, ему не нравилось категорически. Сначала появилось несколько кресел. За ними - лавки и стол. Потом еще кое-что. А затем… понаехали друзья и, пользуясь щедростью хозяев, буквально растащили необычные, штучные вещи. Вадим снова взялся за инструменты, в доме опять появились удивительные предметы. Результат - тот же. Упрашивали, умоляли, выклянчивали. Вот тут-то и возникла мысль: пора работать на заказ. Появилась фабрика, производящая эксклюзивную продукцию. "Начинали для себя, а вышло - для других, - смеется Вадим. - Вот и с Викой такая же история приключилась!"

- В начале декабря у меня состоится показ моделей и творческий вечер, он будет называться "Приходите в мой дом", - приглашает Цыганова. - Главное, демонстрировать модели будут не профессиональные манекенщицы, а совершенно обычные женщины, для которых я и создаю вещи. У меня уже разработан собственный логотип, который я зарегистрирую официально. Мои заказчицы - женщины от 48 размера и далее, разного роста, возраста. Это и мать пятерых детей, и дамы-рестораторы, и даже глава местной администрации. Все мы, женщины, - жертвы навязанной моды на "вешалок". Отсюда - масса наших комплексов. И самая большая радость для меня, когда человек преображается. А мои заказчицы действительно преображаются, это я точно знаю! Я помогаю им избавиться от неуверенности в себе, помогаю раскрыться. Они начинают верить в себя. Если моя клиентка раньше все время носила черное, то я ей говорю: как это может быть, ты же такая женщина, ты должна сиять… как жар-птица!

Она, конечно, сначала не уверена, что модель, которую я предлагаю, будет ей к лицу. Потом дома несколько дней перед зеркалом покрутится, оценит и - понимает, что малиновое с золотом под ее роскошные белые волосы - это и правда шикарно. Мое тщеславие утешено тем, что я преображаю своих заказчиц. Их не узнают мужья, никто не узнает, так хороши они становятся! Ну, нельзя же, чтоб мир был только черно-бело-серым… Я люблю цвет. Люблю праздник, у нас так мало праздников, но много пессимизма и негатива. Поэтому и хочу, чтобы человек был носителем этого праздника.
Cлишком пафосно? Да нет тут никакого пафоса хотя бы потому, что деньги как таковые в данном случае вовсе не главное! Нет здесь подавляющего все и вся стремления заработать как можно больше. Скажете, у богатых - свои причуды? И это не совсем верно. Просто в бизнесе, как и везде, очень важно, как вы относитесь к тому, что делаете. Только и всего.

Штучные вещи
Ну, если по делу, то демонстрация собственной коллекции одежды - это уже вполне серьезная заявка на вхождение в модельный бизнес. Кстати, сама Вика утверждает, что на это ее подвигли клиентки. Учитывая, что имя Цыгановой, пусть и в другой сфере, хорошо знакомо, да и заказчицы ее одежды, как правило, - люди известные, что называется со связями, то планируемый показ, действительно, может стать одним из импульсов для раскрутки если и не в полном смысле "брэнда" Цыгановой в модельном бизнесе, то уж вполне узнаваемой торговой марки - вполне.
Ну, хорошо, клиенток станет больше, спрос возрастет. И что же, просиживать днями и ночами с мехами, бисером, нитками? Нет, разумеется, ни о каком "надомном производстве" речь не идет. Модели, которые Цыганова собирается продемонстрировать в ходе показа, технологически уже вполне отработаны. Хотя каждая вещь в чем-то неповторима - разные материалы, цвета, оформление. Скажем, одна заказчица хочет украсить свой меховой жакет камнями, другая - вышивкой с бисером, третья просит такой же, но в сдержанном стиле. И порой вещи, изготовленные по одной технологии, но из различных материалов, настолько непохожи, что никому и в голову не придет, что созданы они по одному лекалу. То есть абсолютно уникальны. С одной стороны, это бизнес-модель. С другой - Цыгановой просто скучно штамповать одинаковые вещи.

- Если человек хочет иметь "дорогую картину в дорогой раме", он идет ко мне. Тут нет саморекламы, просто я делаю исключительные вещи, используя мех, кожу, шелк, кружево, камни. Все это и должно определять "стиль от Вики Цыгановой". Главное для меня - создать образ. У меня одежда - эксклюзив, заказывают только те люди, которые могут оценить его. И которым это интересно. Вот, возьмите эту красную питоновую курточку. Ее себестоимость - полторы тысячи долларов. Здесь использованы кожа питона, соболь, кашемир, мех ласки, шелковая подкладка. Но цена одежды - это ни в коем случае не самоцель. Сейчас много очень дорогих, но… очень безвкусных вещей. Я же думаю, что главное - это все-таки неповторимость. Когда в самом начале 90-х годов появилась возможность покупать различные вещи от известных кутюрье, я, как и многие, слегка переболела зависимостью от известных брэндов. Но это было совсем не долго и в легкой форме. Кроме того, цену деньгам я знаю и не могу швырять их на ветер.
Кстати, стремление приобрести вещь с известной маркой, несмотря на ее цену, для меня и есть вышвыривание денег на ветер! Ну, не в силах я позволить себе купить сумку за 600 евро, если за эти деньги могу накормить целый детский дом. Нет, вовсе не осуждаю тех людей, которые находятся в этакой "брэндовой зависимости", потому что соблазны давят со всех сторон. А надо учесть, что в силу обстоятельств раньше мы этого не видели и не знали, что сопротивляться соблазнам очень трудно.

Между прочим, Вика знает, что говорит. В юности, приехав из Хабаровска в Москву, одна достаточно помыкалась по чужим углам, снимала комнаты в коммуналках, убирала, сама делала ремонт, мыла полы в подъездах. Все было. И кажется, что нарядная, удивительно сочная по цвету одежда, которую Вика сегодня носит и моделирует для своих клиентов, - это что-то вроде компенсации. За неуютную, серую и обыденную юность.

- Одежда для меня - это визитная карточка, - честно признается Цыганова. - Моя основная профессия обязывает к тому, чтобы всегда выглядеть исключительно хорошо, ведь меня многие узнают на улице. Да и там, где не знают, за границей например, если я куда-то выхожу, моя одежда должна быть красивой. Так, когда мы были в Париже и пошли гулять по Монмартру, я надела свой любимый, очень красивый сарафан. И все гуляющие стали мне аплодировать, потому что на мне было произведение искусства, которое они оценили. Наверное, я индивидуалистка. Но меня скорее можно убить, чем запретить как-то выделяться из толпы!

Как мы представляем себе жизнь тех, кто в шоу-бизнесе? Правильно: приемы, шампанское, дорогие машины. Возможность валяться на диване, сколько вздумается, и какие-то шальные деньги, которые чуть ли не сами лезут в карман. Возможно, кто-то так и живет. А вот Цыганова оказалась самым настоящим трудоголиком. Говорит, что отдохнуть может только в одном случае - когда переключается на другую работу. Занятия дизайном одежды как нельзя лучше подходят для такого "переключения".
А как же амбиции? О, с этим все тоже оказалось в порядке. То есть в момент, когда Цыганова поняла, что начала заниматься моделированием одежды всерьез, довольствоваться просто домашним рукоделием стало уже невозможно.

Долой соцреализм!
Легко судить со стороны. Что такое "моделирование" одежды? Сидит человек, смотрит в пространство, что-то рисует, шьет, недовольно отбрасывает. Разве это работа? Да, мы привыкли, что работа - это обязательно лопата, промасленная спецовка, искры расплавленной стали. А ведь дело измеряется результатом. Как же это происходит? Ну что, взяла Вика Цыганова портновские ножницы и булавки, уселась в изготовленное мужем кресло, и через час - вот она, готовая эксклюзивная вещь? Да нет, не бывает такого. Поэтому сначала было изучение традиций изготовления тканей и вышивки в Кашмире, Таиланде и Китае.
Сегодня у Цыгановой и ее мужа налажены тесные отношения с поставщиками экзотических мехов и кожи со всего мира, а "на заказ" Вика работает уже более года. Впрочем, если уж говорить о деньгах, то с самого начала, несмотря на дороговизну и уникальность исходных материалов, дело не было убыточным.

- Наверное, время дешевых советских нарядов, соцреализма в одежде нас настолько утомило, что многие, достигнув определенного материального благополучия, с удовольствием позволяют себе и кружево, и ручную работу, и вышивки, и всего этого - побольше. Вещи получаются очень дорогими. Но… ведь оправдывают себя, - говорит Вика. - Они, как произведения искусства, всегда в цене! Платье, например, я создаю, как скульптуру. Как будто вся фигура лепится руками, так закладываются строчки и складки. Когда портнихе непонятно, как осуществить мой замысел, поскольку до меня этого никто не делал, приходится придумывать еще и технологию. Иногда по ночам ломаю голову, как притачать одно к другому. Как соединить эту ткань с иной. Например, никто не верил, что мех можно совместить с кружевом и с камнями "Сваровски". То есть никто так до меня не пробовал, а я - делаю. Кстати, я всем честно говорю, что никаких курсов кройки и шитья не кончала. Ну, если только не считать школы и учебно-производственного комбината (помните, были такие?), где всем старшеклассникам пытались привить "настоящие" специальности. Еще девочкой я все время что-то шила на стареньком "Зингере", да и тяга к рукоделию у меня, похоже, наследственная. Даже дедушка мой очень хорошо шил! И, наверное, у меня есть природный талант…

Первый свой эксклюзивный наряд Вика создала, когда заканчивала школу. На горизонте маячил выпускной вечер, и родители стали откладывать деньги на платье. Вика же, никому ничего не говоря, купила недорогих ниток черного и белого цвета и тихо стала вязать себе костюм. А когда подошло время, и надо было покупать платье для вечера, дочь продемонстрировала родителям свою работу. Те ахнули. На выпускном балу девушка была, как принцесса. И еще в течение многих лет после того, когда Вика уже уехала из Хабаровска, к ее маме обращались будущие выпускницы - просили выкройку того знаменитого костюма. С мехом будущая певица начала экспериментировать еще раньше. В свое время отец Вики - военный моряк - принес домой только что выданный тулуп. И сшил из него дочери шикарную дубленку с огромным белым воротником. А Вика решила сделать воротник голубым… при помощи краски для волос. Так и ходила потом в дубленке с голубым кучерявым воротником.

- Работать я начала с тринадцати лет. В каждые школьные каникулы помогала маме в детском саду, работала нянечкой ясельной группы - у меня было больше 20 детей. Их надо было кормить, поить четыре раза в день, одевать, обувать, выгуливать, мыть за ними горшки. За это получала 40 рублей. Мама с папой не хотели, чтобы дочь работала, но я понимала: им надо помогать. Потом меня повысили до воспитательницы. Сегодня детей в школах никакой профессии толком не обучают. А меня тогда научили шить. Мальчишки наши занимались автоделом, могли машины чинить. Мне кажется, что главная трагедия молодого поколения сегодня в том, что они просто неучи. Становится страшно, когда думаю об их перспективах. Они ничего не хотят делать. И ничему не радуются. Я вот мужу своему говорю: "Почему бы тебе у себя на мебельной фабрике не открыть цех УПК? Пусть туда приходят человек 15–20 мальчишек, и 2–3 человека из них, может быть, станут великолепными плотниками или резчиками по дереву!" Ведь творчество заразительно. Когда один владеет мастерством, другому рядом тоже хочется делать так же.

О собственном доме моды Вика пока не задумывается. Но если так сложится, и модели будут востребованы настолько, что самостоятельно она уже не сможет управляться, то не исключено, что придется открывать и дом моды, и фабрику, и магазин. Хотя внутренне этому, кажется, довольно сильно противится. Что останавливает? Да в первую очередь волокита и суета, которые всегда сопровождают новое дело. Бесконечные юридические согласования, разрешения, налоги, аренда… Человеку, далекому от всего этого, такая перспектива представляется сущим кошмаром. И еще. Ни для кого не секрет, что сегодня дома моды во всем мире совершенно нерентабельны и живут за счет парфюмерии, косметики.

Аутсорсинг
Пока своей фабрики, в отличие от мужа, у Вики нет. Поэтому Цыганова пользуется услугами трех городских ателье, сотрудничает с несколькими мастерами. Они получают эскизы, технологию раскроя и пошива изделий, материалы и превращают идеи - в вещи. У каждого ателье своя специализация: пошив изделий из ткани, меха и кожи. А вот подходящего обувного ателье Цыганова пока не нашла. Однако очень нужно. Ведь когда Вика шьет своим клиентам шубы, то предлагает и определенную модель обуви, чтобы выдержать стиль. Но вещи от разных брэндов далеко не всегда дополняют друг друга. Что уж говорить об уникальных вещах, которые делает Цыганова.
С мастерами Вика работает на договорной основе. И "за другие деньги". Работа над ее моделями требует усилий: за то время, что уходит на изготовление одной вещи для Цыгановой, они в состоянии сшить пять-шесть "обычных". А проверяет работу каждого мастера Вика на себе. Возможно, кое-кто из них станет постоянным членом команды, которую Вика хочет создать. Команды, которая работала бы только на ее клиентов и под ее началом.

Главный вопрос
- Кто я? – Вика на мгновение задумывается. - Я свободный эксклюзивный художник и хочу создать свою творческую мастерскую. Как художник, я чувствую время, тенденцию. Когда езжу по миру, везде покупаю журналы мод. И вижу, что мои идеи года через два-три появляются в этих журналах. Вот у меня есть шуба, я придумала ее два года назад. И - вот она же, только в новой коллекции Прада. Но моя была длинная, а эта - коротенькая. Во мне есть тот дилетантизм, который сначала всех умиляет, затем раздражает, а потом восхищает. Понимаете, в хороших работах признанных мастеров всегда не хватает чего-то нового, необычного. Может быть, даже слегка шокирующего. А мой стиль - с мехом, вышивкой - роскошный, праздничный, вальяжный, русский, барский. Такая уж, видно, у меня натура…

Автор: Марина Бадина , БИЗНЕС-ЖУРНАЛ, 23 ноября 2004 г.